Если бы камни имели голос, они бы возопили


, гласит пословица. В Пиренеях, в самом сердце бывшего графства Фуа, есть камни, которые вопиют.
Не доезжая до Лавлане, городка, чье процветание всегда было связано с развитием ткачества, сверните с автострады, ведущей к Кот-Вермей. Езжайте направо, по узкой извилистой дороге, упорно пробирающейся через пихтовый лес, где стоит дурманящий аромат черники, а по обеим сторонам бурлят водопады. Через пять километров вы прибудете в Ущелье, Наводящее Ужас. Редкое название было выбрано столь удачно, ибо в этом месте, сразу за поворотом, перед путешественником открывается зрелище, потрясающее до глубины души…

Монсегюр, Ковчегу подобный…

Освещеннные со всех сторон, окруженные кольцом малиновых гор, на вершине гигантской скалы, напоминающей сахарную голову с отвесными склонами, поросшими дикой растительностью, на 1200-метровой высоте на фоне неба внезапно возникают развалины замка.
Днем, при свете южного солнца, он сверкает, словно ограненный алмаз, а на заре и в сумерках окутан плащом тумана, но в любой час кажется недоступным и сверхъестественным.
Если смотреть на замок из самолета, его крепостная стена в форме вытянутого пятиугольника напоминает саркофаг или корабль. Для тех, кто знаком с его историей, трагической гибелью и возрождением, подобная планировка имеет двойное символическое значение. Она напоминает и каменный саркофаг, хранящий бренные останки неведомого великана, душа которого отлетела на небо, и Ноев Ковчег, остановившийся на вершине горы Арарат, дабы позволить людям чистым, единственным, кто выжил после небывалой катастрофы, породить новое человечество.
Этот замок — Монсегюр, крепость-храм катаров, памятное место Окситании.
Многовековая история этого места делает его священным. Здесь можно найти резные камни, скалы, напоминающие скульптурные изображения, мегалиты: десятки тысяч лет назад здесь уже жил человек и поклонялся своим богам.
Здесь побывали лигуры, справлявшие в горах свой культ, кельты, поднимавшиеся в горы раз в год, дабы посмотреть на восход Солнца под знаком Девы, служивший им сигналом к началу жатвы, иберы, чьи монеты до сих пор находят на склонах окрестных гор.
Даже финикийцы оставили здесь свой след, хотя и весьма своеобразный: сабо, которые до сих пор носят женщины долины Бетмаль, напоминают финикийские корабли, носы которых украшали резные фигуры.
Иберийская легенда гласит, что гора Монсегюр была сооружена великанами, сыновьями Гериона, одного из соперников Геракла; великаны сами дробили эти камни и сносили их сюда. Возможно, некогда на вершине горы находился храм солнечных и лунных божеств, Абелио (В последствии — Аполлон) и Белиссены, почитавшихся кельтиберами. Отметим, что название Лавлане происходит от того же корня, что и Абелио; впрочем, благодаря гибкости окситанского языка, позднее название городка стали возводить к слову avelanier — орешник. Впрочем, старинный дворянский род, к которому принадлежал командир гарнизона Монсегюра (его потомки и в наши дни живут в этих краях), имеет фамилию Белиссен.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

восемь + 20 =